вівторок, 24 листопада 2009 р.

Луиджи Руссоло "Искусство шумов"

Луиджи Руссоло - итальянский художник-футурист,  один из первых теоретиков электронной музыки и первый нойз-музыкант в истории. В марте 1913 года он публикует свой скандальный программный манифест «Искусство шумов», который наделал немало шума в тогдашнем музыкальном сообществе.
 
"Раньше повсюду царила тишина. В девятнадцатом веке вместе с изобретением машин родился Шум. Сегодня шум торжествует и властвует над человеческой чувственностью. В течение долгих веков жизнь протекала в тишине, и лишь иногда - в сопровождении приглушенных звуков. Шумы, что изредка нарушали эту тишину, не были громкими, не были продолжительными и совсем не отличались разнообразием. Если не считать случайных природных шумов - землетрясений, ураганов, бурь, камнепадов, мощных горных потоков - жизнь была совсем тихой.
Когда шумы были столь редки, первые извлеченные человеком звуки - будь то звук натянутой струны или тростниковой дудочки - поражали воображение, воспринимались как нечто новое и совершенно замечательное. В древности люди приписывали звуку божественное происхождение, и жрецы пользовались звукам для придания таинственности собственным ритуалам. Так зародилось представление о звуке как о вещи в себе, совершенно не связанной с жизнью. Музыка стала мыслиться как фантастический мир, священный и неприкосновенный. Вполне понятно, что такое представление о музыке только тормозило ее развитие по сравнению с другими искусствами. Основываясь на математически просчитанной Пифагором теории музыки, предписывавшей использование небольшого количества интервалов, древние греки существенно сузили границы музыкального искусства , и тем самым закрыли путь к достижению гармонии, о которой они ничего не знали.
В Средние Века музыкальное искусство существенно обогатилось благодаря развитию греческой системы тетракордов, грегорианским хоралам и народным песням, но понимание звука совершенно не изменилось, и считалось, что оно останется неизменным еще в течение долгих веков. Подобный подход к звуку можно обнаружить даже в самых сложных полифонических сочинениях контрапунктистов фламандской школы.
Аккорда как такового не существовало; развитие различных частей не было подчинено аккорду, в который все эти части могут сложиться. Представление о частях было горизонтальным, а не вертикальным. Постепенно все больше проявлялось стремление к объединению различных звуков в аккорд (сложный звук). Развитие аккорда шло по пути от безупречных созвучий с незначительными диссонансами - к постоянным сложным диссонансам, характеризующим современную музыку.
Сначала музыкальное искусство стремилось к чистоте, прозрачности и сладости звука. Сочетание различных звуков должны были радовать слух приятными гармониями. Сегодняшняя музыка, становясь все более и более сложной, стремится к соединению самых нестройных, самых странных и резких, неприятных для слуха звуков. Так происходит приближение к звуку-шуму.
Развитие музыки идет параллельно с увеличением числа машин, которые можно встретить повсюду. Не только в наполненных самыми разнообразными звуками больших городах, но и в сельской местности, где еще недавно царила полная тишина, благодаря Машинам появилось такое количество самых разнообразных шумов, что чистые звуки, скудные и монотонные, вообще не вызывают никаких ответных чувств.
Для того, чтобы все сильнее и сильнее влиять на наши чувства, музыка развивалась в направлении все более сложной полифонии, ища как можно более сложные последовательности диссонансных аккордов, и таким образом готовилась почва для музыки шумов. Появление шумовой музыки до недавнего времени вообще не представлялось возможным. Человеку восемнадцатого века было бы тяжело слушать громкое и разноголосое звучание некоторых современных оркестров (и число таких оркестров постоянно увеличивается). Для наших ушей такое звучание приятно, ибо наш слух воспитан современной жизнью, наполненной разнообразными шумами.
Впрочем, музыкальные звуки сводятся к очень ограниченному количеству тембров. В крупных оркестрах используется очень небольшое количество инструментов, обладающих разным тембром звучания: смычковые, щипковые, медные и деревянные духовые, ударные. Современная музыка, находящаяся в этом замкнутом кругу, тщетно пытается найти новые тембры.
Необходимо выйти за пределы этого узкого круга - и начать осваивать бесконечное многообразие шумовых звуков.
Никто не будет спорить с тем, что музыкальный звук вызывает ощущения уже знакомые и давно утратившие свежесть, тем самым обрекая слушателя на скуку, как бы ни старались исполнители. Мы, футуристы, любили и любим гармонии великих мастеров. В течение многих лет Бетховен и Вагнер потрясали наши сердца и наши души. Но теперь мы устали от такой музыки и гораздо большее удовольствие получаем от слушания лязга трамваев, тарахтения моторов, грохота повозок и шума толп, а не от исполнения бетховенских симфоний.
Мы не можем смотреть на современные оркестры со всей их силой и мощью без разочарования. Что может быть смешнее, чем двадцать человек, согнувшиеся в три погибели и пытающиеся извлечь из скрипок мяукающие звуки? Кто-то из любителей музыки, возможно, вскрикнет, и тем самым вызовет хоть какое-то движение в сонном царстве концертного зала. Давайте зайдем в один из этих госпиталей для обессиленных звуков. Первая же фраза вызывает скуку, и становится ясно: дальше все будет таким же скучным. Мы вслушиваемся в эту скуку - и совершенно напрасно ждем каких-то необычных ощущений, которых мы никогда не испытаем.
Оркестр выдает занудную тягомотину, и на лицах слушателей появляется совершенно идиотское выражение дешевенького снобистского наслаждения.
Прочь отсюда! Бежим - ведь мы не можем больше сдерживать наше желание создать новую музыкальную реальность, полную мощных звуков, наносящих сокрушительные удары. Выбросим за ненадобностью скрипки, рояли, виолончели и органы с их жалостливыми звуками! Бежим!" (перевод Андрея Емельянова).
 
 * * *

Руссоло разделил все шумы на 6 категорий, с тем, чтобы потом создать по инструменту на каждый шум. Вот эти 6 групп «основных, наихарактернейших шумов; прочие – только комбинация этих»:
1. Грохот, Взрыв, Шум падающей воды, Шум ныряния, Рычание
2. Свист, Храп, Сопение
3. Ропот, Ворчание, Шорох, Брюзжание, Хрюканье, Бульканье
4. Шипенье, Треск, Жужжание, Треньканье, Топ
5. Шум битья по металлу, дереву, камню, коже, жженой, глине и пр.
6. Голоса людей и животных, крик, смех, вой, стон, хрип, стенанье
Разнообразие шумов безгранично и «мы сможем когда-нибудь различать двадцать или тридцать тысяч различных шумов. Это будут такие шумы, которые нам придется не просто имитировать, а комбинировать прихотью нашей артистической фантазии».

Руссоло не ограничился лишь фантастическими прогнозами, но сразу же, вместе со своим другом художником Уго Пьятти (1880-1953), приступил к созданию своих удивительных инструментов, которые назвал «интонарумори» (intonarumori) – шумовые модуляторы. Уже через три месяца – 2 июня 1913 года – на футуристическом вечере в театре Стокки города Модена, Руссоло представил свой первый инструмент из серии «интонарумори» – «Взрыватель» (Scoppiatore). Через два месяца – 11 августа, в Милане, в доме Маринетти он продемонстрировал целых 15 шумовых инструментов, каждый из которых имел свое уникальное название, отвечавшее характеру производимого им звука: «Квакун» (Gracidatore), «Треньканьщик» (Stroppiciatore), «Войщик» (Ululatore), «Грохотальщик» (Rumbler), «Скрипун» (Scraper), «Булькальщик» (Gorgogliatore), «Трескун» (Crepitatore), «Ревун» (Rombatore), «Громыхальщик» (Tuonatore), «Свистун» (Sibilatore), «Жужжальщик» (Ronzatore), «Хрустун» (Crumpler) и многие другие. Последние 7 и первый «Взрыватель» образовали своего рода семью из 8 интонарумори . Остальные же инструменты входили в какую либо из семей. В свою очередь, в большинство семей входило до трех инструментов, каждый с разной высотой тона: низким, средним или высоким регистром.
 
Между 1922 и 1924 годами появляются 4 версии «Шумового Гармониума» (он же Руссолофон, Rumorarmonio и Psofarmonio) – клавишного инструмента с расширенным составом тембров интонарумори и более усовершенствованной динамикой. Через год, в 1925 Руссоло конструирует «Энгармонический смычок» (Arco enarmonico), взаимодействующий с обыкновенными смычковыми инструментами, но производящий звуки подобные интонарумори. Наконец, последним изобретением стало «Энгармоническое фортепиано» (Piano enarmonico) (1931), в котором ряд струн возбуждался трением огромного смычка. От этого инструмента уцелел механизм лишь одной октавы.
 
Первое же исполнение нойз-концерта Gran Concerto Futuristico в 1917 вызвало огромное недовольство публики (впрочем, Руссоло на это и рассчитывал). К сожалению, все эти уникальные инструменты были утеряны во время Второй мировой войны. 28 декабря 1929 года в Париже Руссоло дал последний концерт, где его руморармонио представил великий авангардный композитор Эдгар Варез, выразивший надежду на то, что фабричный выпуск инструмента будет налажен. Но этого не произошло. Глубоко разочаровавшись, Руссоло навсегда оставит музыку, футуризм и бывших друзей.

Немає коментарів:

Дописати коментар